Abygael
Спок был Спокоен и всегда молчал, как будто нимой...
Почти пустой вагон метро тихо перестукивал колесами свою колыбельную, мерно укачивая последний своих пассажиров...

Почему-то Эби вспомнился маленький стишок, неизвестно когда и неизвестно от кого услышанный:

На полустанке полумесяц
Глядел в окно и видел, как
В полупустом полувагоне
Томился полупроводник...

Она сидела на кожаном сиденье, привалившись к поручню и сонно оглядывая выкачивающийся вагон. Кроме нее в нем было двое - какой-то пожилой мужчина и кутающаяся в кружевную шаль женщина. В темных окнах отражались бледные всполохи ламп, когда же поезд останавливался на очередной остановке, через стекло можно было видеть обрывки названий станций. Двери с каким-то умиротворенным рычанием и сопением раскрывались, ожидая, когда в вагон хлынет человеческий поток... но его не было. В это время станции были уже пусты.

Убаюканная мельканием тусклых огней тоннеля и нерешительным помигиванием лампы в вагоне, словно она никак не могла решиться - погаснуть ей, или все-таки продолжить гореть? - Эби из-под полуприкрытых век бездумно смотрела на пустующее сидение напротив.

Ей смутно казалось, что она это все уже видела, но было это в другом месте, когда-то очень-очень давно... и мстилось, что едет она в совсем другом метро, совсем в другом городе... вот заскрипят натужно тормоза, состав плавно остановится, распахнутся железные двери, и сухой женский голос прошелестит в динамиках: "Станция Sleeping-Pill, платформа справа!"...

Эби резко вынырнула из забытья, внутренне сжимаясь, испугавшись неожиданного прикосновения - кто-то тронул ее за плечо. испуганно и непонимающе оглядываясь, она уперлась взглядом в пожилого пассажира вагона.

- Wach auf, Frau, das ist die letzte Station!

Эби не сразу сообразила, что к ней обращаются на немецком, и начала было что-то лепетать, но тут же осознав, что несет что-то не то, согнала с себя остатки сна и благодарно улыбнулась мужчине.

- Oh. Danke Shön...

Еще раз виновато оглядевшись, Эби вышла из вагона. Ей повезло, что она выходила на последней станции - иначе бы как пить-дать проспала бы...

Уже как два года она переехала во Франкфурт, но до сих пор, когда случалось задуматься, она теряла ориентацию и порой забывала, где находится. Возможно, дело было в привычке, и в том, что два года - все-таки мало, но про себя Эби думала, что дело в лекарствах, которые ей назначил врач - слишком уж она стала рассеянной в последнее время.

Десять минут по освещенным тихим улочкам - и вот она дома. Она снимала квартиру в небольшом трехэтажном доме, под самой крышей. Домохозяйка, фрау Рихтер, суровая дама лет шестидесяти, отдала двухкомнатную квартиру в полное распоряжение Эбигейл. Девушка ни за что бы не согласилась - не потянула бы по деньгам, но фрау Рихтер, которой срочно нужны были деньги, снизила цену до вполне приемлемой.

К тому же, постоялицв ее вполне устраивала - вела себя тихо, неизменно вежливо, мужчин к себе не водила, соседи на нее не жаловались, к тому же работала, кажется, учительницей в школе искусств, была девушкой приличной, да и ренту платила исправно. В целом, претензий у фрау Рихтер к постоялице не было, как и у Эбигел к ней.

Ключ с тихим щелчком провернулся в замке и дверь бесшумно открылась. Аккуратно вытерев ноги, Эби прошла в узкий коридор, освещаемый лишь отсветом настольной лампы, стоящей на столе в зале.

С усилием стянув сапоги, Эби бросила их в даль по коридору и с наслаждением прошлась по деревянному полу, про себя кляня каблуки, на которых хоть худо-бедно и выучилась ходить, но не любила и сей день. Сумку постигла та же участь, что и сапоги, проскользив по паркету, она уехала в дальний угол.

Послышался глухой мягкий стук и требовательное "Мррмяу" - из дальней комнаты вышла крупная полосатая кошка, высоко задрав пушистый хвост.

Эби сама не знала, на что идет, когда взяла у подруги котенка породы Мейн-Кун... теперь же Марта выросла в очень даже не маленькую кошку. Для рыси -маловата, но для домашней кошки -явный перебор.

Зеленые глаза терпеливо наблюдали за тем, как Эби переодевалась, хвост нетеппеливо подрагивал. Но вот девушка оделась в домашнее - и кошка резво побежала на кухню, справедливо полагая, что ее сейчас будут кормить.

Нарезав зверю кусочков сырого мяса, а сама поужинав наспех сготовленой яичницей (готовить что-то серьзное было лишком лениво), Эби заглотнула очередную маленькую армию таблеток и плавно переползла с кухни в зал. Марта последовала за ней, и стоило хозяйке забраться с ногами в кресло, закутавшись в плед, кошка проворно забралась ей на колени, утробно мурлыкая.

Эби рассеянно почесала Марте шейку и включила компьютер, выключив лампу - света от монитора было вполне достаточно.

Конечно, следовало бы лечь спать, чтобы наконец-то выспаться, но уж слишком Эби любила такие тихие уютные вечера - забраться в любимое мягкое кресло, укутаться в пушистый плед и чувствовать, как мелкой дрожью трясется теплая мурлычащая кошка у тебя на коленях... в иное время она бы дополнила картинку чашкой вкусного кофе, но его нельзя было пить одновременно с лекарствами, поэтому приходилось обходться с ароматизированной свечой, которая, по правде говоря, в незаженном состоянии пахла куда сильней, чем когда горела...

Делать было нечего и Эби вяло бороась со сном - скорее из упрямства и по старой привычке, когда хотелось заняться чем-нибудь в свое удовольствие, а времени категорически не хватало... но вот время было, но заняться было особенно нечем...

Опять же по старой привычке Эби зашла на почту - удалить сводки новостей, которые она теперь даже иногда читала, очистить ящик от спама и просто в очередной раз убедиться, что ничего нового не произойдет.

Однако, помимо обычных информационных писем, одно привлекло ее внимание - в графе "отправитель" стоял явно незнакомый адрес.

Нахмурившись, Эби дважды кликнула на ссылку - и при виде имени, которое значилось над письмом, в душе прочно поселилось нехорошее предчувствие.

Федор Колонкин.

Собравшись с духом, Эби бегло пробежала глазами по первым строчкам письма...



" Здравствуйте, мисс Каччия... " - так оно начиналось.

Эби встала, несмотря на протестующий мяв Марты, сходила на кухню, трясущимися руками налила себе стакан воды, чуть не выронив графин. Выпила его залпом. Немного подумав, выпила также двойную порцию успокоительного.

Мисс Каччия... давно уже никто не называл ее так. Для всех здсь она была фрау Певальски. Даже звали ее сейчас по-другому - при знакомстве она представлялась всем своим вторым именем, данном ей в честь матери - Арманда. Арманда Певальски.

Прошлое, от которого она так долго убегала, наконец-то ее настигло.

Немного постояв, она налила себе еще стакан воды и тяжело упала в кресло, уставившись в экран.

@темы: Эби, Эби II